previous arrow
next arrow
Slider

Часть 1. Рафаэль Хабибуллин: «Чтобы оставаться на месте, надо очень быстро бежать»

Перед вами – результат двух дней разговоров с главным тренером «Газпром-Югры». Говорили много, откровенно, о разном, благо нынешнее вынужденное затишье к этому располагает. Жаль, что все сказанное просто невозможно втиснуть в рамки одной публикации, пусть даже и «многосерийной». Сначала мы хотели сделать две «серии», но начали разбирать материал – набралось минимум на три! Ну что ж, времени сейчас много не только для разговоров, но и для чтения. Тем более, если оно интересное.


Про дорогу


– Рафаэль Талгатович, начнем издалека. Вы отправляетесь на выезды на машине. В чем смысл?

Во-первых, я не люблю самолеты. Сел в эту консервную банку – и от тебя уже ничего не зависит. Слишком много налетал в свое время, наверное… Во-вторых, это время, чтобы подумать, и не только о волейболе. Я отдыхаю за рулем и одновременно настраиваюсь на нужную волну. Такая дорожная медитация… В пути, рано утром, в голову приходят очень ценные мысли. Бывает, долго не можешь нащупать правильный ответ, а тут – раз… Как озарение. Как-то проиграли мы в Уфе 0:3, команда улетела домой, а я поехал в Казань, на Суперкубок. И пока ехал, у меня родилась идея из разряда «почему бы нет?». Из Казани я приехал, договорившись о переходе с Апаликовым.

– Что интересного на российских дорогах?

Природа у нас красивая. Но сегодня у нас главная достопримечательность – заправки одной известной компании. Без воды, без бумаги, с закрытым туалетом. Это тут у нас, за Уралом, поближе к Европе все немножко получше.

– Самое дальнее расстояние, на которое ездили?

Красноярск – Питер в прошлом году. В прошлом сезоне у нас как раз кульминация была. Не заезжая в Сургут, сначала из Красноярска в Ярославль, потом в Питер. Вообще, турне было такое затяжное: Кемерово, Новосибирск, Красноярск, Ярославль, Питер. И потом домой. Это было сложно, но интересно.

– Попутчиков берете, ночью едите?

Нет, никого не беру – зачем? Весь смысл в том, что я один в машине. У меня там соковыжималка, своя еда. Ночью не еду, только световой день, ночую в гостиницах. Иногда, если опаздываю, могу темное время прихватить.

– Самая экстремальная ситуация на дороге?

В Уральских горах, межу Уфой и Екатеринбурном есть серпантины, там зимой, как правило, метет. В этом году выпала месячная норма осадков. Я возвращался из Казани, с перенесенного матча, надо было успеть на игру с Уренгоем. И была сумасшедшая пробка, все стояло, и вверх, и вниз. Я опаздывал и решил пройти по обочине, в результате сел по самое брюхо в весенний снег. Дальнобойщики вообще-то не любят таких «чайников», и когда дорога понемногу поехала, не у кого было помощи попросить. У меня – ни троса, ни лопаты… Было очень весело. Я сначала нашел лопату, попытался откопаться, но бесполезно. Потом все-таки нашелся добрый дядя, вытащил меня. Сказал: «Больше так не делай» (смеется – авт.). Потом с ним еще раз на заправке в Тюмени встретились.

– Что легче – ехать на выезд или возвращаться домой?

С точки зрения времени легче ехать в Европу, у тебя плюс два часа светового времени. С другой стороны, возвращаться домой всегда приятнее. Но ездить в целом с каждым годом все сложнее, люди очень злые становятся. Запас терпения у людей большой, но чувствуется, что уровень жизни падает.


Про жизнь, агентов и Музая


– Волейболисты жалуются на жизнь?

Многие как наркоманы, находятся на финансовой игле. По большей части не понимают, что происходит вокруг, живут немного в другом измерении. Отдают все на откуп агентам и ни о чем не думают. С другой стороны, у нас вся жизнь такая: сплошные агенты, все через агентское вознаграждение. Я всегда говорю, что волейбол – это какая-то, может быть, тысячная, миллионная производная от того, что происходит в стране. Вот что в стране – то и в волейболе. Мы же не на другой планете живем.

– А есть волейболисты, которые разбираются в том, что вокруг происходит?

Конечно! Я назову несколько имен, с кем работал раньше, чтобы вы поняли, – Шулепов, Василенко, Константинов, Согрин, Алексиев. Не удивительно, кстати, что четверо из них стали тренерами.

– Почему Сургут, по примеру других клубов, не создаст свое агентство?

А смысл? Каждый должен заниматься своим делом. А когда ты его делаешь хорошо, все остальное к тебе «прилипнет», придет. То, что твое. А если не твое – зачем удерживать?

– Это история про Музая?

Музай – отдельная история. С ним мы попрощались очень тепло. Сделали все, чтобы он успел до закрытия границ вернуться в Польшу. Я ему сказал на прощание, что всегда его жду, что готов ему увеличить контракт. С его агентом, Анджеем Гжибом, мы в прекрасных отношениях. Но за сезон в Сургуте стоимость Музая на рынке очень серьезно поднялась. Мы показали, какое это может быть мощное оружие в умелых руках (улыбается – авт.). Мальчик вырос, остается пожелать ему успехов и хороших условий для дальнейшего роста!

– Останься Музай в Сургуте – он бы еще прибавил?

Сложный вопрос. Тут много нюансов: и синдром второго года, и повреждения, и фактор женщины рядом, и еще много-много всего. Мы бы, безусловно, приложили к этому все усилия. Что бы из этого вышло – уже не узнаем.


Про чемпионат, Сургут и крепкие яйца


– Какая игра была тяжелее – первая или последняя?

Обе. Легких игр вообще не было. В начале сезона у нас еще сыроватая команда была, много новых людей. В последней игре, с «Динамо» – уже другое дело. Но сыграли без зрителей, провалились по эмоциям, это наложило свой отпечаток.

– Вернемся к началу сезона. Команда практически полностью обновилась…

Необходимо было серьезно встряхнуться. Сейчас сложилась такая ситуация – чтобы оставаться на месте, надо очень быстро бежать. Все больше ресурсов сжигается, а когда у тебя их не так много, надо придумывать что-то из разряда «эврика». Решили сделать ставку на Музая. В остальном – пробуем, экспериментируем. В начале сезона мы говорили, что наберем силу к весне – так оно и получилось. Очень неплохо накатили на финиш, должны были пошуметь с «Динамо» в плей-офф, побороться за выход в Финал шести. Мне очень приятно, что под конец сезона играть в Сургуте стало невозможно сложно для всех. Так и напишите – невозможно сложно.

– Это продуманная тактика или просто так сложилось?

Мы из года в год идем одним и тем же путем. Медленно запрягаем, ищем свое лицо, каждый раз немного другое. Тактика из серии «с деньгами любой дурак сможет, а ты без денег попробуй». Серьезно поднимать эту тему нам название команды не позволяет, у нас два громких слова, за которые мы бьемся. Конечно, в идеале хорошо бы иметь шесть условных Мусэрских, каждый на своей позиции, или хотя бы два равных состава. Но…

Сургут – это Сургут. Даже не столица субъекта Федерации, но город, который долгие годы вносит второй, после Москвы, вклад в бюджет страны. У нас особая гордость, особая дорога, и в волейболе тоже. Нам интересно раскрывать людей. Условно взять того же Костыленко, того же Черейского, того же Довганя…

– Но ведь далеко не все раскрылись.

Так не бывает, чтобы все одновременно заиграли. Если игрок хочет, я, как правило, иду навстречу – давай попробуем. У меня есть такая практика – игроки сами мне звонят: «возьмите меня, сделайте, вы можете…». Хорошо, мы пробуем. Если человек не заиграл – это не его вина, тут много-много самых разных факторов.

Я все-таки рассчитывал на Щадилова. Думал, что мы как-то выйдем на стабильный уровень. Не получилось, и это не его вина. Хороший парень, но это не профессия. То же самое могу сказать про Галимова. Делали определенную ставку на Авдоченко, но его из приема как-то сразу выкинули. Если бы Салпаров мог с ним рядом стоять, что-нибудь получилось бы, потому что на сетке и на подаче Павел интересен. Карпенко и Козлова мы брали с прицелом на позицию либеро… Пытались усилиться по ходу сезона, отчасти сработало, но того, что хотелось, так и не получили. Всем, кто не заиграл по тем или иным причинам, я благодарен за старание, за усилия, за профессионализм, всем желаю успехов в новых клубах. Ведь если не получилось у нас, это не значит, что не получится где-то еще.

– Были матчи, о которых вспоминаете с сожалением?

Отдали Нижнему Новгороду домашний матч. Вели 2:0, в третьей партии 7:4 – потом Артем начал рисовать свое кино, разыгрался Вендт, и мы улетели 2:3. В Нижнем была возможность взять реванш… Вообще, я считаю, что если в Сургуте мы отдали выигранный матч, то в Нижнем могли спокойно получить 0:3. Там зал очень специфический, низкий потолок – такая мышеловка… Плюс АСК – домашняя команда, они дома обыграли и Питер, и Уренгой. Команда-то хорошая подобралась, им немножко не хватило опыта, сработал так называемый синдром первого года в Суперлиге, они сами об этом говорили.

Поражение в Самаре имеет свои причины, там Музай был не в кондиции. Первый матч в Белгороде можно вспомнить. В остальном… В гостях всегда намного тяжелее играть. Проигрыш на финише «Факелу», как ни странно, не вызывает у меня каких-то особых эмоций, хотя могли все заканчивать в трех сетах. Может, дело в том, что я тогда на сто процентов был уверен, что мы попадем в плей-офф – хотите верьте, хотите нет. Можно в противовес вспомнить целый ряд концовок, которые мы вытянули – в Уфе, в Вартовске, дома с Ленобластью.

Были хорошие игры, в которых мы вроде бы проиграли по 1:3, но вполне могли зацепиться за пятый сет, показывали достаточно качественный волейбол. Это и с Кемерово игра, и с «Динамо» еще до Нового Года. Не хватило чего-то, слишком много дыр. На тот момент центры только-только начали играть, у связующих свои нюансы, проблемная доигровка… Арифметика работает с одним неизвестным, в математике их может быть два или три, там уже целые системы выстраиваются, а мы пытались решить задачку из области высшей математики, слишком много неизвестных вывалилось.

– Вы сказали, что после игры с «Факелом» были уверены в выходе в плей-офф. А было по ходу чемпионата ощущение, что мы туда не попадаем?

Нет. Еще когда мы с «Факелом» поменялись площадками, перенесли гостевую и домашнюю игры, я понял, что все будет нормально. Два последних тура играем дома. Мы подводили команду к тому, что она станет к весне, образно говоря, непобедимой. Так оно, собственно, и произошло. Это просматривалось хорошо, и после игры с Красноярском мы видели расклад: «Урал» и АСК пропускали по одному туру, а у нас две домашние игры.  «Факел» чуть-чуть не дожали, потом обыграли «Зенит-Казань».

– После победы над Казанью не спали ночью? Или – рядовая победа?

Как сказать. С турнирной точки зрения победа определяющая. Но Казань без Бутько… Мы ведь и другую Казань проходили, и у них дома, и у себя. При всем уважении к Лорану, это была немножко другая история. На площадке все решают, извините, яйца. Я не хочу сказать, что у «Зенита» их нет, просто у нас на тот момент они оказались крепче.


Продолжение следует…


Дмитрий Круковец
Олег Владимиров

выберите язык / select language
РусскийEnglishPolskiБългарскиDeutschFrançaisItalianoEspañol